Свобода

СВОБОДА

На меленький город опустился зимний вечер. С небес начал сыпаться мелкий снежок, впервые за полтора месяца зимы. В окнах кое-где можно было увидеть мигание новогодних гирлянд. По проспекту, обгоняя машины, летела карета скорой помощи. Водитель вдавил педаль газа в пол и только то и дело жал на сигнал. За его спиной лежал молодой человек, лет двадцати и только от того, как быстро он доедет до больницы, зависит, какая чаша весов перевесит: смерть или жизнь.
Парень находился уже в коме. Он лежал в окровавленной одежде, но его голубые глаза были открыты и смотрели куда-то в даль. На лице была улыбка, как будто он всю жизнь пробыл в подземелье и вот, наконец, он выбрался на поверхность и увидел рассвет.
Всего час назад он, выйдя с работы, направился в магазин, чтобы купить вареники с картошкой, сметану и два заварных пирожных для нее. Сегодня он шел к ней. Они встречались уже давно, и она была для него всем на этом свете.
Он не знал, любовь ли между ними, но когда-то он услышал от мудрого человека, что любовь-« это когда она ест конфетку, а тебе сладко». Поэтому определению он её любил точно. Он для нее ничего не жалел. Часто отдавал последние деньги ей на маникюр, а сам домой ходил пешком через весь город. Если ей хорошо, то и ему было хорошо. Писал стихи для нее. Дарил цветы по поводу и без повода. Он любил делать подарки, хотя сам редко получал их от нее.
Его жизнь проходила между работой и редкими встречами с ней. Поэтому каждая встреча для него была чем-то больше чем просто свидание. Это был глоток свежего воздуха, чтобы прожить до следующего свидания.
В этот вечер он был в возвышенном состоянии, идя по дороге, мурлыкал очередной раскрученный шлягер, не помня при этом ни единого слова из песни.
Подойдя, к её квартире, по его спине пробежал, вдруг, какой-то холод, как будто он оказался на леденящем ветру, но это чувство также внезапно исчезло, как и появилось. И он с уверенностью нажал на дверной звонок.
Они седели на кухне, в кастрюле варились вареники, пел, шипя старенький приёмник.
Он рассказывал ей о текущем дне, о проблемах на работе и о том, что ему пообещали повысить зарплату, и он сможет больше теперь давать ей денег. И вдруг она, посмотрев на него пристальными своими черными глазами, сказала:
- Ты меня больше не любишь, и я не хочу больше тебя видеть. Между нами все кончено. Уходи. Забудь дорогу к моему дому и мой номер телефона. Прощай.
И выбежала с кухни. У него в горле все пересохло, сердце сжалось, с глаз самопроизвольно начали капать слезы. «Ты меня больше не любишь..» все вертелось в его голове. Просидев минут десять в полном оцепенении он наконец собрался с силами и пошел попробовать поговорить с ней. Но она закрылась в ванной и только кричала: «Уходи. Я не хочу тебя слушать.»
Он оделся и вышел с квартиры. Он брёл, сам не зная куда. В его голове, всё раскатом грома, гремели слова: «Ты меня не любишь!!»
Его боковое зрение заметило грузовик, который ехал по дороге на него, но его сознанию было не до этого. Только, когда тело пронзила боль, и он подлетел в воздух над машиной, он понял, что ему уже её больше никогда не увидеть. И тут же перед ним начала проноситься его не долгая, но все же его жизнь.
Начиная с самого младенчества его чему-то учили, он всегда должен был кому-то что-то доказывать, кому-то обязан, о ком-то беспокоиться, за что-то отвечать. Он увидел всю свою жизнь и ужаснулся, он не жил для себя, он не любил себя. Вот только теперь падая на полузаснеженный асфальт, он мгновение жил только для себя. И пока его тело еще не успело достичь земли, он крикнул, что было сил: «Свобода!».