Диагноз: врачебная этика

В одном из прошлых номеров «Собеседника» был опубликован материал под заголовком «Больница – место, где учат добру, взаимопомощи, учат ценить дружбу и жизнь».

Поводом для подготовки этого материала послужила просьба обратившейся в редакцию газеты врача высшей категории, ветерана труда Кравченко Зои Ильиничны, некогда работавшей заведующей рентгенологическим отделением Стахановской городской центральной больницы №1.

Зоя Ильинична просила опубликовать на страницах газеты рапорт, поданный в июле 1998 года на имя главного врача ЦГБ ее покойным мужем Анатолием Михайловичем Кравченко, работавшим на тот момент заведующим офтальмологическим отделением городской больницы.

По словам Зои Кравченко, суть изложенного в этом давнем рапорте, является яркой иллюстрацией взаимоотношений ее покойного супруга с администрацией ЦГБ, которые сам Анатолий Михайлович охарактеризовал в рапорте как «травлю», проводимую в отношении него.

Например, весьма характерны в рапорте такие пассажи: «в глазном отделении выделено помещение для архива бухгалтерии. Два месяца назад мною и старшей медицинской сестрой было проверено санитарное состояние выделенной комнаты, которая не выдерживает никакой критики…Начмед до сих пор не приняла никаких мер: санитарное состояние остается прежним, а мои требования ходить в халате и сменой обуви сводятся к нулю: бухгалтера вносят на обуви огромное количество пыли, которая разносится по отделению». «Осуществляю прием амбулаторных больных в отделении, из-за отсутствия приема в поликлиниках, …главному врачу предложено проводить ежедневный прием, а не через день. За прошедшее время принято мною в отделении более 700 больных, что крайне усложняет работу в отделении и нарушает приказ № 720.Более пяти лет добиваюсь выполнения графика работы по повышению квалификации окулистами города в отделении. …сокращены врачебные ставки в поликлиниках. Отделение брошено на выживание. 0,75 ст.врача и 0,5ст. заведующего отделением с требованием выявления полного объема работы, который осуществлялся на 2,5 врачебные ставки. Медикаменты практически не выделяются, врачам нет возможности повышать практические навыки на местной базе. Ургентную помощь оказываю практически один. Работаю с 7.30. до 17.30, в выходные дни выхожу перевязывать больных, осуществляю ургентную помощь, нет компенсации за ургентные вызовы».

Такая картина, по мнению Зои Ильиничны, послужила причиной тяжелых душевных переживаний Анатолия Кравченко, которые привели к значительному ухудшению его здоровья. Она считает, что коллеги-врачи попросту «втоптали в грязь» ее покойного супруга, тем что, якобы, организовали против него травлю.

«Никто его в грязь никогда не втаптывал и втаптывать не собирался. – рассказывает «Собеседнику» главный врач ЦГБ Мераби Надирашвилли. - Это был обычный среднестатистический заведующий отделением, который ничего нового в этот город не принес, он просто приходил каждый день в 8 утра на работу и уходил в то время,
в которое необходимо уйти. Этот человек и вреда не приносил, но и пользы большой от него не было. Самое главное, что он не нашел общего языка ни с администрацией ни с коллегами. Человеком он был не коммуникабельным, замкнутым в себе, и на профессиональные замечания реагировал неадекватно». А для замечаний, по словам главврача, поводов было немало: отсутствие записей в историях болезней у больных, которых лечил Анатолий Кравченко, и его не желание или не способность, без эмоций реагировать на замечания в свой адрес – это и есть основная причина сложных взаимоотношений заведующего офтальмологическим отделением с коллегами по цеху. А результатом врачебной деятельности Анатолия Михайловича, главный врач считает фактическое отсутствие в городе офтальмологической службы: «На сегодняшний день в городе нет офтальмологической службы. Она сейчас только, потихоньку восстанавливается. Я думаю, что только через год – два офтальмологическая служба приобретет нормальный человеческий вид».

Тем не менее, сложные взаимоотношения, легли в основу множества жалоб, отправленных в течение последних лет Зоей Ильиничной в различные областные и республиканские инстанции. Но, все что излагает в жалобах Зоя Ильинична, проверками не подтверждается.

«После тех обвинений, которые Зоя Ильинична высказывала в адрес администрации, последняя вынуждена была обратиться в суд: суд первой инстанции, а затем и апелляционный суд Луганской области и верховный суд Украины обязал Зою Ильиничну публично извиниться перед коллегами. – говорит Мераби Надирашвилли. - И, вот, вместо публичных извинений что получается: она снова пишет свои письма. Теперь уже в прессу».

Адекватно оценить сложившуюся ситуацию достаточно трудно: Зоя Ильинична отстаивает честь своего покойного мужа, ее можно понять, как жену и человека, который сам проработал в медицине несколько десятков лет. Люди, которые сегодня работают в медицинских учреждениях, тоже имеют свой взгляд на произошедшее, у них свое руководство к действию: приказы, спущенные «сверху», нормативы, скудный бюджет, который «оскаливает» свои гнилые зубы на каждом шагу. Яркое впечатление от посещения поликлиники или, не дай Бог, больницы оставляет в лучшем случае баночка, стоящая на столе у врача, с надписью «На нужды больницы» или черный список для приобретения медикаментов на лечение, а о грязных халатах медиков вести речь я вовсе не хочу…Эти проблемы есть и они у всех на виду, причем не только у пациентов, но и у врачей. Не клянчить и вымогать их учили в медицинских ВУЗа, поэтому уверен, что им самим противно от тех бюджетных рамок, в которые они поставлены. Система делает свое роковое дело, раздавая роли: кто-то выступает в роли жертвы, а кто-то в роли палача. Жаль только, что при этом сильная сторона не помнит основного закона: «Все течет и все меняется». Поэтому, отзываясь о враче с многолетним стажем работы, как о враче, «который ничего нового не принес…», из этических и человеческих норм не гоже. Кто знает, какую характеристику получат сегодняшние врачи от потомков, пришедших после них?

Знаю только одно, всегда и везде, на любой должности нужно помнить, что из любой самой сложной и тупиковой ситуации есть выход, обязательно есть. В конце концов, на то мы и люди разумные, чтобы его найти. И когда мы все это поймем, то никакая система не сомнет, не унизит и не отравит наши последние дни жизни…